 |
|
|
|
|
|
|
читаешь иногда вас, думаешь - блин, все вслух говорят мои мысли
и как-то уже не хочется их говорить - подумают, что повторяю :) терпеть не могу повторять за кем-то, а ты поди докажи, что ты тоже так думаешь, если это кто-то до тебя сказать успел. Ты не думал, ты примазался.
и еще.
или уж писать или других читать - я думаю так.
меня любят за то, что я всех читаю. я себя за это же не люблю - это отбивает охоту... мм? Потребление отбивает охоту производить - так яснее. Но грубо.
Как в том фильме
"все уже написано до нас!" - Ы
===
- Сереж, красивое дерево, правда? (цветок, птичка, здание... нужное подчеркнуть)
Варианты ответа:
а) - Да... *долгое молчание* Да, красивое... *долгое молчание*
б) - А я раньше тебя заметил! *показывает язык, хохочет и корчит рожи*
в)* - Та ну ерунда! Дерево фигня, ты лучше на облако посмотри! вот это - да!
г) - Ваш вариант?
____
*в2) - Да! Я вспоминаю, как это чудесно написано в книге N... *длинная хитрая цитата из классики со своими толкованиями и воспоминаниями из детства*
вариант (в) называется "подмена объекта". термин мой.
**а вообще - трудный это вопрос. Если на него ждут ответа.
***вот и со стихами так же. Красивые стихи у вас. Да... *долгое молчание* (в них описано красивое дерево, облако, цветок, душа, мир... нужное написать)
===
Мне пришла в голову мысль, что я бы охотно послушал тишину.
То есть. Вот есть такие дикие люди - по миру ездят, записывают голоса дикой природы. Или там шаманские песни разные.
Вот нашелся бы человек со сверхсовременной аппаратурой (чтоб не вмешивалось шуршание пленки, гудение микрофона и т.п.).
Записал бы этот человек тишину. Разную. Несколько минут.
чем, например, отличается тишина на вершине безлюдной голой скалы в безветренную погоду от тишины под подушкой? или от тишины подземной, скажем.
Никаких капель, никакого шелеста листьев, никакого ветра. Отличается ли сама тишина?
Я бы послушал.
Настроение: совсем другое
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Второе, что я помню из романа А.Камю "Чума" - это описание каких-то язв подмышками у больных чумой. Первое же место, что я помню куда лучше (но с искажениями), я вчера нашел: " Рассказав историю о том, как кассир отеля, обнаружив дохлую крысу, допустил ошибку в счете, Тарру добавляет менее четким, чем обычно, почерком: «Вопрос: как добиться того, чтобы не терять зря времени? Ответ: прочувствовать время во всей его протяженности Средства: проводить дни в приемной зубного врача на жестком стуле; сидеть на балконе в воскресенье после обеда; слушать доклады на непонятном для тебя языке; выбирать самые длинные и самые неудобные железнодорожные маршруты и, разумеется, ездить в поездах стоя; торчать в очереди у театральной кассы и не брать билета на спектакль и т. д. и т. п.». Но непосредственно после таких скачков мысли и стиля в записных книжках идут подробнейшие описания наших городских трамваев, формы вагонов, отмечается то, что окрашены они в неопределенно-бурый цвет, что в них всегда грязно, и кончаются эти соображения словами: «Это обращает на себя внимание!», что, в сущности, ничего не объясняет." О чем сама книга, я не помню. Наверное потому, что тогда не понял. Записные же книжки его великолепны: трезвость. Tags: цитаты
Настроение: другое
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Они раскрасили наши фильмы. Чёрно-белые фильмы о людях Второй Мировой войны. А они не слишком-то щепетильны. Все сегодня побаиваются цветных. Начинаешь скучать посреди сеанса? Звуковой но бесцветный реальный мир? Не всякий к нему готов? Просто в двух цветах не хватает нюансов. Компромиссов. Укромности. Полутонов. Если вдуматься трезво во все мотивы, располагая сведениями, без прикрас, дождавшись интернета, интерактива, публикации архивов, появления нас... Та война, которую видели очевидцы, Может быть, цветная. Но ты же на стороне. Когда мертвецы мертвецам отворачивают лица, мир оказывается черно-белым. А третьего цвета в нем просто нет. И все же, каждое мнение остается в силе. Нас могли обмануть, использовать, извини. Еще ведь неизвестно, как оно на самом деле было. Кстати, кого вы подразумеваете словом "они"? Tags: стихи
Настроение: другое
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Флеш-моб. По легенде, которая пишется прямо на ваших глазах, забава сия восходит в глубокую Польшу прямо к Станиславу Лему, слегка попахивая Борхесом, ясное дело, а еще хересом, и цветочными пальчиками Фрая (ну, это уже ясно из Борхеса). Человеку дается три заголовка, а он должен описать книги с этим названием, которые бы он сам написал. ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif) bormor мне придумал такие заголовки: Первый звонок
Второй класс
Третий сорт
итак
Первый звонок - это лирическая история о старом театрале-музыковеде, которого довели до сердечного приступа нерадивые студенты консерватории своим поганым исполнением классической музыки на концерте в честь 300-летия Глюка. Это был первый звоночек. Выписавшись и кое-как восстановившись, он идет на новый концерт, понимая, что если еще однажды услышит фальшивую ноту - он этого не переживет, но без музыки и жить не столо бы. И вот, он сидит в первом ряду, смотрит, как они настраивают инструменты, и раздается первый звонок... Второй класс. Тут легче (и почему-то хочется) придумать какую-нибудь фантастику. Рассматривать это, как путешествие на сверхмощном звездолете неведомого вируса с планеты Тожфрпжж на Землю в ноздре астронавта-антрополога (вторым классом) почему-то не хочется, поэтому ограничимся сюжетом про неожиданное открытие земных ученых: они видят в телескопы новое явление, расшифровывают сигнал инопланетян и выходят с ними на контакт. Те говорят "вы не усвоили уроков истории, поэтому во второй класс этой "школы" мы переведем только панд и дельфинов, а остальные останутся "на второй год"". И разрушают всю цивилизацию, возвращая ее к состоянию первых действующих лиц кубриковской "Одиссеи"... Третий сорт. Сказка о мальчике, который в детстве всегда долго и внимательно смотрел на яблоки, и в конце-концов всегда забирал самое червивое, потому что остальные дети думали быстрее, а когда вырос - начал долго выбирать себе невесту... </lj> Tags: тесто, хроники хроников
Настроение: игристое
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
В июле 1820 года Джон Китс опубликовал свою третью и последную книгу "Ламия, Изабелла, Канун святой Агнес и другие поэмы". У него не было причин ожидать, что эта книга будет иметь успех, как у публики, так и у критиков, за свою короткую карьеру, 24-летний поэт не знал ничего, кроме как непринятия от этих обоих сторон. После его первой книги "Стихи", опубликованной в 1817 году, его издатели, братья Чарльз и Джеймс Оллье отказались иметь какие-либо с ним дела. В их письме к брату поэта Джорджу, они писали: "Мы сожалеем о том, что Ваш брат обратился к нам с публикацией своей книги, как и том, что мы, ошибаясь в оценке его таланта, взяли на себя ее публикацию. БОльшая часть людей, купивших эту книгу у нас, нашли ее ущербной настолько, что во многих случаях нам приходилось принимать обратно это издание, чтобы не быть предметом постоянных насмешек, обрушившихся на нас."
Когда большая поэма Китса "Эндимон" увидела свет год спустя в другом издательстве, недовольство читателей было еще большим. ( Если кто-нибудь будет достаточно смел, чтобы приобрести эту поэтическую чушь, и будучи более терпеливым, чем мы, сумеет добраться до конца первой книги, и если ему еще и посчастливится найти в ней смысл, мы убедительно просим этого человека ознакомить нас со своим успехом )
( маска )Tags: хроники хроников
Current Location: за ноутом
Музыка: вентилятр ноута шумит
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
Previous
